понедельник, 21 сентября 2015 г.

Shakespeare For Screenwriters

Портал Cinemotion публикует перевод интервью с Джоан Эвенсон, автором книги "Шекспир для сценаристов". Наша тема, поэтому перепечатываем. Оригинальный пост: http://www.cinemotionlab.com/novosti/02667-shekspir_dlya_scenaristov/

Есть ли что-то общее у фильма «Империя наносит последний удар» и пьесы «Укрощение строптивой»? А у «Лица со шрамом» и «Макбетом»? Намного больше, чем вы могли бы подумать. Книга Дж. М. Эвенсон «Шекспир для сценаристов» — о том, как изучение творчества самого популярного англоязычного автора, Уильяма Шекспира, помогает по-новому взглянуть на способы создания характеров персонажей и сторителлинг.


Шекспир для сценаристов




Creative Screenwriting: Книг о сценарном мастерстве очень много, трудно понять, какие действительно стоят внимания. Что в этой книге есть такого, чего нет, скажем, в самой популярной «Спасите котика»?

Дж. М. Эвенсон: В большинстве этих книг поддерживается культ тех личностей, которые являются их авторами. Макки пишет о собственной теории, «Спасите котика» рассказывает о теории Снайдера. А эта посвящена культу Шекспира — лучшему англоязычному писателю, то есть она не обо мне или том, кто сейчас пишет. Это взгляд на бесспорный авторитет, попытка научиться чему-то у него.

Джон Финч в роли Макбета 


CS: В одной частей вы анализируете трагедию «Макбет» и говорите об одержимых героях. Почему людей так привлекает одержимость?

Дж. М. Э.: Мне кажется, что такова человеческая природа — нам нравится наблюдать, как другой испытывает сильное желание и удовлетворяет его. Кто-то вроде главного героя «Лица со шрамом» или Леди Макбет в течение всей истории идет к достижению своей цели. И мы с упоением наблюдаем, как они погружаются в безумие, когда наконец получают то, чего жаждали. Люди обожают смотреть, как люди обретают то, чего хотят, даже если им приходится идти на убийство или разбой, потому что все это наши скрытые фантазии. Но также мы хотим, чтобы эти персонажи оказались наказаны.

CS: Как хорошо читатели должны знать Шекспира, чтобы книга была им полезна?

Дж. М. Э.: Работая над книгой, я понимала, что не все читатели — шекспироведы. Но на большинство из нас Шекспир все-таки повлиял. Он повсюду — даже в мультфильме о Багзе Банни есть что-то от него. То есть все, что нужно, — это знать западную культуру. Взять «Ромео и Джульетту» — как много из нас не знает, что там все-таки происходит? Да мы все знаем. Я резюмирую каждую пьесу, так что если вы не помните, о чем «Макбет», книга расскажет о самых важных моментах этой истории и покажет, насколько они универсальны.


CS: Вы скорее фокусируетесь на герое и его целях. Это кажется вам важнее, чем структура?

Дж. М. Э.: Любопытно, что шекспировская пятиактная структура отличается от современной голливудской. Например, «Король Лир» построен лавинообразно. Он начинается в самой высокой точке, а затем все рушится в страшную пропасть. Герой теряет все и погибает. Композиция странная, ее невозможно воспроизвести в современном кино, поэтому я меньше концентрируюсь на структуре, больше — на характере. Мы помним Гамлета, короля Лира, Отелло — Шекспир подарил нам вечные образы героев.

Дерек Джакоби в роли Короля Лира


CS: Насколько в истории важен злодей?

Дж. М. Э.: В книге я защищаю идею, что злодей так же важен, как герой — возможно даже важнее его. Протагонист должен преодолеть препятствия, и если у него не будет достойного противника, то фильм получится слабым. В лучших пьесах Шекспира всегда достойные противники. Ричард III, например, — мастерский злодей. Это умный и смертельно опасный соблазнитель. Если бы могли найти ему аналогичного современного героя, это был бы Ганнибал Лектер, достойный противник Кларисе Старлинг. Нам нравится их маленький танец, до мурашек на коже. Если бы Ганнибел Лектер так хорошо не подходил Кларисе, то был бы совершенно другой криминальный фильм.

CS: Расскажите о связи образов Яго и Джокера.

Дж. М. Э.: Яго — один из самых известных злодеев. Что интересно, он лишен мотивов. Он пугает, потому что мы не понимаем, почему он делает то, что делает. И это гораздо страшнее, если бы мы знали причины поступков злодея. А так выходит, что нет никаких правил. В книге я сравниваю Яго с Джокером в исполнении Хита Леджера («Темный рыцарь»). У этого персонажа также нет никаких причин, чтобы привести весь мир к хаосу. Альфред резюмирует его поведение: «Некоторые люди просто хотят увидеть, как мир будет гореть». Я думаю, что у Яго та же мотивация. И мне кажется, что Леджеру был присужден «Оскар» именно за такое увлекательное исполнение.

CS: Также вы связываете фильм «Империя наносит ответный удар» и пьесу «Укрощение строптивой».

Дж. М. Э.: Да. Мне кажется, что Хан Соло и принцесса Лея похожи на Петруччио и Катарину. В обоих мы наблюдаем за невероятно умным стебом, за которым скрыта сексуальная энергия. «Укрощение строптивой» — это действительно модель для романтической комедии.

Кэрри Фишер и Харрисон Форд в фильме "Империя наносит ответный удар"


CS: Кажется, есть несколько новых теорий о том, кем на самом деле был Шекспир. Кто-то полагает, что это был не один человек, а группа писателей. Кто-то полагает, что все пьесы мог написать сэр Фрэнсис Бэкон. Вы защитили докторскую по литературе эпохи Ренессанс. По-вашему, кем был Шекспир?

Дж. М. Э.: Конечно, Шекспир был Шекспиром. Кому-то хочется, чтобы он был представителем высшего сословия, лордом, потому что таким людям трудно поверить, что кто-то не из аристократии мог написать такие замечательные произведения. То есть, по их мнению, чтобы быть талантливым, он должен был принадлежать аристократии. Не думаю, что это правда. Не верю, что только среди аристократов были талантливые люди. Но я верю, что Шекспир работал со многими людьми. Понятие «авторство» в то время отличалось от нашего. Мне кажется, Шекспир сотрудничал с другими писателями своей эпохи.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Еще интересно: