Шекспир и русские. Владимир Абаринов

Увидели шикарный текст на сайте "Радио Свобода" про отношения Шекспира с русскими и русскими медведями в его пьесах, перепечатываем. Больше иллюстраций - по ссылке на источник!

Источник: http://www.svoboda.org/content/article/27279444.html

Сцена с "московитами" из спектакля
Грегори Дорана "Бесплодные усилия любви", 2008

Шекспир и русский медведь


Автор: Владимир Абаринов

420 лет назад, в сентябре 1595 года, состоялась премьера комедии "Бесплодные усилия любви"

"Бесплодные усилия любви" – это одна из самых непонятных и самая русская пьеса Шекспира. О чем она? Почему ее герои, молодые дворяне Наварры, вдруг переодеваются в русское платье и выдают себя за "московитов"?

Комедия была написана в Тичфилде, южный Хэмпшир, в поместье молодого друга и покровителя Шекспира Генри Ризли, третьего графа Саутгемптона, и тогда же сыграна актерами труппы Ричарда Бербреджа, впоследствии ставшей театром "Глобус". Всего вероятнее, пьеса не предназначалась для широкой публики: она слишком заумная, изощренная и куртуазная, со множеством реплик на латыни и тонкими намеками на обстоятельства, которых простой зритель, не вхожий в высшее общество, понять не мог. Сохранилась эпиграмма на публичное представление комедии в 1598 году – автор называет пьесу "натянутой" и "фальшивой".

Публичная аудиенция посольства. Гравюра из книги Адама Олеария
"Описание путешествия голштинского посольства в Московию и Персию". 1647

Да, чтобы оценить ее, надо иметь вкус к игре слов, к куртуазной салонной беседе, к изысканному интеллектуальному соперничеству.



Молодой король Наварры Фердинанд учреждает своим указом "малую академию" и вместе со своими друзьями-придворными дает обет три года изучать науки, поститься и не приближаться к женщинам. Тут появляется французская принцесса со свитой, чтобы по поручению короля-отца провести переговоры с королем Наварры. Однако женщинам вход ко двору заказан – принцессе предлагают разбить лагерь рядом с замком. Принцесса уязвлена таким приемом. Ей смешон королевский обет. Она решает высмеять ложную ученость и добиться от наваррцев нарушения клятвы.

Никем нельзя так прочно завладеть,
Как мудрецом, решившим поглупеть.
Ведь глупость, порожденная умом,
Опору для себя находит в нем,
И разум, отшлифованный ученьем,
Глупцам ученым служит украшеньем.

(Здесь и далее – перевод Юрия Корнеева.)

Дальнейшее содержание комедии состоит в соревновании двух сторон в остроумии, взаимных насмешках и розыгрышах. Разумеется, наваррские юноши и принцесса с ее придворными дамами влюбляются друг в друга. Но и те, и другие маскируют чувства игрой в них. В конце концов из Франции прибывает гонец с известием о смерти короля. Шуткам приходит конец. Принцесса решает немедленно возвращаться. Четыре пары влюбленных дают друг другу слово соединиться через год, в течение которого француженки будут блюсти траур, а наваррцы – искупать нарушенный обет.

В Наварре никогда не было короля Фердинанда, но в фабуле пьесы можно различить отзвук реального события. В феврале 1576 года Генрих Наваррский бежал из Парижа и обосновался в Гаскони, куда осенью 1578 года к нему приехала жена Маргарита Валуа и ее мать Екатерина Медичи. Конечно, никакого обета воздержания Генрих не давал – он не мог прожить без женщины не то что трех лет, но и трех дней. Король и королева Наваррские провели вместе около трех лет в бесконечных увеселениях. В своих мемуарах Маргарита называет это время "моим счастьем", но почти не пишет о своей неутоленной ревности к фавориткам короля. За внешним великолепием и беззаботностью наваррского двора таилась напряженная политическая интрига, вылившаяся в конечном счете в Седьмую гугенотскую войну, имеющую во французской историографии также название Guerre des Amoureux – "Война влюбленных", ибо источником ее стали, помимо прочего, любовные страсти. У Шекспира, напротив, военные действия обернулись словесным состязанием, поединком интеллектов и остроумий.

Франсуа Клуэ.
Маргарита де Валуа,
королева Наваррская. 1572
С самого начала этой войны, видя, что король мой муж оказывает мне честь, продолжая любить меня, я не могла покинуть его. Я решила следовать за его Фортуной, признавая с крайним сожалением, что из-за мотива этой войны я не могу желать победы ни одной из сторон и в состоянии выражать лишь свое неудовольствие.
Маргарита де Валуа. Мемуары









Отдаленное сходство сюжетов дополняют имена наваррских придворных в комедии – Бирон, Лонгвиль и Дюмен. Это реальные исторические лица. Правда, Дюмен (точнее – де Майенн, герцог Майеннский) был политическим противником Генриха, а с Бирон отношения у короля были сложные. В образе сопровождающего принцессу вельможи Бойе видят черты канцлера Маргариты сеньора де Пибрака. Наконец, имена придворных дам принцессы – Мария и Катерина. Их кавалеры в пьесе – Лонгвиль и Дюмен. На женщинах именно с такими именами были женаты их исторические прототипы.

В 1590-е годы гугенотские войны были в Англии злобой дня. Королева Елизавета была союзницей Генриха, к тому времени уже ставшего королем Франции. Она оказывала ему денежную поддержку, а в 1591 году направила ему на помощь войска под командованием графа Эссекса. Но в 1593 году отношения испортились после того, как Генрих принял католичество.

В комедии можно усмотреть также сатиру на новомодные "академии". Мода на такие кружки великосветских любомудров, подражавших античным философам и их ученикам, пошла из Италии. Общество интеллектуалов и вольнодумцев собиралось у любимца королевы, царедворца и мореплавателя сэра Уолтера Рэли. В него входил знаменитый драматург Кристофер Марло. Об этом кружке ходили слухи как о "школе атеизма", который в елизаветинской Англии был уголовным преступлением, равным государственной измене. В начале прошлого века исследователи назвали его "Школой ночи" – выражением, взятым как раз из "Бесплодных усилий любви". Собирались на "ученые собрания" – гораздо более безобидные, чем кружок Рэли – и молодые аристократы, входившие в окружение графа Саутгемптона и графа Эссекса. Каким-то образом попал в эту "академию" и там обрел своего патрона Шекспир.

Так что "Бесплодные усилия" можно считать беззлобной пародией на кружок Саутгемптона и Эссекса.

Наконец, существует еще одна ассоциация. В августе 1591 года королева Елизавета совершила вояж в южные графства. Побывала она и в Тичфилде, имении графа Саутгемптона. Намек на этот августейший визит усматривают в том, что в пьесе французская принцесса на охоте сражает из арбалета оленя – точно так же, как это сделала Елизавета в охотничьих угодьях Тичфилда.

До наших дней текст пьесы дошел в издании 1598 года (это одна из 15 пьес Шекспира, опубликованных при жизни автора), в котором она озаглавлена так: "Забавная и остроумная комедия, называемая Бесплодные усилия любви, как она была представлена пред Ее Величеством в минувшее Рождество. Вновь исправлена и дополнена В. Шекспиром". Естественно, комедия, представленная королеве (обычно это делалось по особому запросу двора, причем вельможа, ведающий придворными увеселениями, просматривал и, если надо, исправлял текст пьесы), если она к тому же содержала намеки на ее личность, могла изображать королеву лишь в идеальном виде. Она красива, язвительно остроумна и холодна с поклонником – именно такой образ культивировала сама королева-девственница. Разумеется, пьеса не могла закончиться счастливым браком или помолвкой, хотя как будто и была у Шекспира пьеса "Вознагражденные усилия любви" (Love's Labour's Won), от которой осталось одно название.

Но нас "Бесплодные усилия" интересуют из-за имеющейся там "русской сцены". Забавы ради Фердинанд и его друзья переодеваются в русское платье и в таком виде предстают перед принцессой и ее фрейлинами, которые, в свою очередь желая разыграть кавалеров, скрывают лица под масками – таким образом они хотят проверить, узнает ли каждый из воздыхателей предмет своей страсти.

ПРИНЦЕССА. Как! Удостоят нас они визита?
БОЙЕ. Ну да. Наряжены король и свита Как русские, иначе московиты.

Появление "московитов" предваряют трубящие в трубы мавры. Завязывается диалог, в котором колкие на язык французские барышни высмеивают каждую фразу ряженых наваррцев. Как они ни стараются, словесный поединок заканчивается полной победой француженок. Конечно, и дам они перепутали.

КОРОЛЬ. Прощайте, привередницы шальные!
ПРИНЦЕССА. До встречи, московиты ледяные!

В оригинале раздосадованный король выражается куда крепче, а принцесса отвечает: "Адью, закоченелые московиты!". Когда Фердинанд и его свита приходят к дамам в своем обычном облике, принцесса рассказывает ему о посещении экзотических гостей, а ее придворная дама Розалина добавляет подробности.

РОЗАЛИНА. Да, вчетвером явились московиты И с нами час протолковали битый, Но не сумели нам сказать они Двух умных слов за время болтовни. Боюсь их звать глупцами, но, коль глотку Дерет им жажда, пьют глупцы в охотку.
БИРОН. Таких острот наслушавшись, запьешь...

Фердинанд не знает, куда деваться от языков бойких барышень. А те продолжают свои насмешки.

КОРОЛЬ. Попались мы. Нас засмеют они.
ДЮМЕН. Сознаемся, все в шутку обратив.
ПРИНЦЕССА. Что с вами, государь? Вы нездоровы?
РОЗАЛИНА. Он бледен. Эй, воды!.. Болезнь морская: Ведь к нам он из Московии приплыл.

Откуда у Шекспира взялась идея вырядить своих героев в русские костюмы, а не в турецкие, как в "Мещанине во дворянстве", или, допустим, китайские? Во втором томе Полного собрания сочинений Шекспира, в котором комедия опубликована в переводе Юрия Корнеева (М., "Искусство", 1958), к "русской сцене" имеется примечание: "В хронике Холла, из которой Шекспир часто черпал данные для своих драматических хроник, приводится случай, когда на банкет при дворце Генриха VIII явилось несколько лордов, переодетых русскими".

Точнее было бы сказать, что Шекспир заимствовал эту деталь в хрониках Рафаэля Холиншеда (этим неисчерпаемым источником сюжетов в издании 1587 года он пользовался при создании и других пьес), а тот, в свою очередь, взял ее из сочинения другого хрониста, Эдварда Холла. Речь идет о маскараде в последний день масленицы 1510 года в Вестминстере, куда король явился как раз в турецком костюме, а двое придворных – Генри Стаффорд, только что сделанный графом Уилтширским, и барон Фитцуотер, впоследствии получивший титулы виконта и графа Суссекского – нарядились русскими. Их костюмы Холл описывает так:

В первом году царствования Генриха VIII, на празднике, который дан был перед иностранными послами в парламентском зале Вестминстера, явились лорд Генри, граф Уилтширский, и лорд Фитцуотер в двух длинных платьях желтой парчи с белыми полосами, в каждую белую полосу была вделана полоса малиновой парчи по русскому фасону; на головах у них были серые меховые шапки, в руках у кажддого – по топорику, на ногах сапоги с острыми, загнутыми кверху носками.

В некоторых статьях название ткани переведено как атлас. Но английское слово satin в старинном значении – это именно парча. В нашем случае – золототканая.

Откуда благородные лорды времен Генриха VIII знали, как одеваются русские?

Первые английские путешественники (экспедиция Ричарда Ченслера) побывали на Руси в царствование Ивана Грозного в 1553-1554 годах. Ответное русское посольство во главе с дьяком Посольского приказа Осипом Непеей отправилось в Англию на кораблях того же Ченслера в 1556 году. Однако в Северном море корабли Ченслера попали в жестокий шторм, два из них разбились, третий прибило к норвежскому берегу, четвертый, на котором плыли Ченслер и Непея, после долгих скитаний – к шотландскому. Но на якорной стоянке этот корабль тоже был разбит бурей о скалы. Сам Ченслер погиб. Непея спасся, но весь груз, включая царские поминки, то есть подарки, утонул. Вряд ли в кораблекрушении уцелело и парадное парчовое платье. Как пишет тщательно изучивший все обстоятельства посольства Непеи академик Иосиф Гамель, море выбросило на берег "лишь безделицы; ценные же вещи пропали".

Иван IV отправляет
Осипа Непею в Англию.
Миниатюра
Никоновской летописи. XVI век
А рассказал Непея, что по пути в Английскую землю разбилo их корабли на море. Посланник короля Рыцерт с товарищами утонул в море, а их прибило к берегу Штоцкого королевства, и оттуда его отпустили в Английскую землю, и король Филипп принял дары царя и великого князя с великою любовью и честью и обратно к царю и великому князю отпустил. И написали с ним король Филипп и королева Мария с великою любовною почестью, и в подарок прислали царю и великому князю живых льва и львицу, а король прислал свой полный доспех.
Никоновская летопись







25 марта 1557 года Непея предстал перед королевой Марией и королем Филиппом. Прием был весьма торжественный, но о внешнем виде посла английские источники ничего не сообщают.

В любом случае придворные Генриха VIII живых московитов не видели. Однако же костюмы их, особенно высокие меховые шапки и топорики, напоминающие о форме стрельцов, довольно точны. Вероятно, они видели их на каких-то изображениях или получили их описание от европейских дипломатов, побывавших в Московии. Да и русские послы хоть и редко, но бывали в европейских столицах.

Кстати, в тексте комедии есть нюанс, не отраженный в переводе. Пьеса написана рифмованным стихом. Вторая строка реплики Бойе "Ну да. Наряжены король и свита как русские, иначе московиты" в оригинале парной рифмы не имеет – следовательно, одна строка при печати пропущена. Академик Алексеев в своей работе о русских мотивах у Шекспира ссылается на возможную реконструкцию текста, основанную именно на описании Холла: Hal’s furr’d, boot’s pike’d, in long and motley dress – "В меховых шапках, заостренных сапогах, в длинном и пестром платье".

К 90-м годам дипломатические и торговые отношения двух государств уже можно было назвать, с поправкой на тогдашние средства сообщения, весьма оживленными. Шекспир мог прочесть описание московских обычаев и одежды в опубликованных записках английских купцов, дипломатов и авантюристов. Все они выделяют как характерную деталь богатое платье вельмож и самого монарха.

Ченслер, описывая аудиенцию у царя, отмечает: "за мною пришел толмач в верхнюю комнату, где сидело слишком 100 дворян, все в роскошных с золотом платьях", царь же был одет "в длинное золотое платье". И даже прислуживавшие царю за обедом дворяне "были в платьях с золотом и служили Князю с шапками на головах". Энтони Дженкинсон, четырежды побывавший в России в 1557-1571 годах, пишет, что в праздник Крещения царь шествовал на службу в церковь "с братом и всеми знатными в богатых золотых одеждах, с жемчугом и другими каменьями, в дорогих мехах, с короной на голове по татарскому образцу". Джером Горсей, еще один посланец королевы, упоминает и "золототканые одежды" бояр, и четырех царских телохранителей (рынд) "в блестящих кафтанах из серебряной парчи с четырьмя серебряными топориками".

Каждый день царя выносили в его сокровищницу. Однажды царевич сделал мне знак следовать туда же. Я стоял среди других придворных и слышал, как он рассказывал о некоторых драгоценных камнях, описывая стоявшим вокруг него царевичу и боярам достоинства таких-то и таких-то камней.
Записки сэра Джерома Горсея

А поэт Джордж Турбервилль, исполнявший обязанности секретаря посольства Томаса Рандольфа (1568–1569), оставил стихотворное описание русского костюма:

Одежда их невесела, для глаза даже неприятна,
И шапка вверх над головой торчит высоко и занятно,
Ее название "колпак"...

У башмаков их острые носки, а каблуки железом подбивают,
Поверх всего богатые здесь шубу меховую надевают.
(Перевод Аллы Севастьяновой)

Как видим, во всех этих описаниях вкупе имеются и золотая парча, и высокие шапки, и сапоги с загнутыми острыми носками.

Михаил Алексеев полагает, что Шекспир мог и собственными глазами видеть послов из Московии. Возможно. Но уже после написания комедии "Бесплодные усилия любви". Шекспир перебрался в Лондон в 1585 году. До этого последним русским послом, посетившим Англию, был Федор Писемский в 1582–1583 годах. А следующий, посланник Бориса Годунова Григорий Микулин, прибыл в Лондон осенью 1600 года. В этом промежутке в английскую столицу приезжали с царскими грамотами и гонцы, но все они были европейцами, как, например, ливонец Роман Бекман, и русского платья не носили.

Вообще ранняя история англо-российских отношений наполнена и резкими драматургическими поворотами, и подлинным драматизмом, и всевозможными анекдотами. Это прекрасный источник материала для сочинителя пьес. Так, может быть, Шекспир ее и сочинил? Соблазн предполагать это велик. Есть хитроумнейшие любительские версии, "расшифровывающие" шекспировскую комедию как актуальный политический сюжет на русскую тему. Версии эти увлекательны, но уж слишком отдают конспирологией.

Однако вот о чем не пишет, кажется, ни один исследователь. В английских источниках неизменно подчеркивается неодолимое упрямство московских послов. Иосиф Гамель цитирует письмо членов правления английской торговой Московской компании, которые вели переговоры с Осипом Непеей в Лондоне, своим агентам в Москву:

Теперь мы находим посланника уже не так доступным убеждению, как надеялись прежде. Он очень недоверчив и думает, что каждый хочет обмануть его. Поэтому вы должны внимательно обдумать, как нам поступать с ним или с кем-либо другим подобным и делать торговые условия чисто, записывая их на бумагу.

Чтобы снискать ваше благоволение наши подданные вывозили в ваше государство всякаго рода предметы, каких мы не дозволяем вывозить ни к каким иным государям на всем земном шаре. И однакоже можем утверждать вам, что многие государи к нам писали, чтобы мы прекратили с вами дружбу, но никакия письма не могли нас убедить, чтобы мы перестали пребывать с вами в дружбе.
Грамота Елизаветы Ивану Грозному. 1571

Историк Юрий Толстой, детально изучивший первое 40-летие отношений России и Англии, приводит аналогичные оценки и других русских послов. Так, например, чрезвычайную настойчивость проявил в 1569-1970 годах Андрей Совин, прибывший в Лондон с тайным наказом добиваться военного союза с Англией и взаимной гарантии монархов в случае каких-либо осложнений предоставить друг другу политическое убежище. От военного союза Елизавета уклонилась, гарантию убежища Ивану Грозному дала, но сама от аналогичной гарантии отказалась. Царь счел это высокомерием, вспылил и ответил бранным письмом, в котором содержится то самое определение английской королевы, которое так веселит современных читателей:

И мы чаяли того что ты на своем государьстве государыня и сама владееш и своей государьской чести смотриш и своему государству прибытка. И мы потому такие дела и хотели с тобою делати. Ажно у тебя мимо тебя люди владеют и не токмо люди но мужики торговые и о наших о государских головах и о честех и о землях прибытка не смотрят а ищут своих торговых прибытков А ты пребываеш в своем девическом чину как есть пошлая девица... И коли уж так и мы те дела отставим на сторону... А Московское государьство покаместо без Аглинских товаров не скудно было.
"Пошлая" в данном случае означает "сущая", "настоящая".

Шекспир, конечно, не мог знать содержание царской грамоты. Но его король наваррский в русском костюме, не совладав с отточенным юмором французской принцессы, прощается с ней, употребляя, как я уже сказал, куда более забористое слово.

Изводил своим упрямством английских государственных мужей и Федор Писемский, а Роман Бекман замучил их капризами и жалобами: почему, де, королева приняла его в "капустном огороде, где сеют лук да чеснок" (на самом деле это был парк, где Елизавета вела особо доверительные беседы). Русские послы говорили строго "по наказу" и не допускали и мысли, что условия, продиктованные царем, могут быть хотя бы незначительно изменены. Вряд ли они блистали и остроумием.

Так разве все это не отражено в "русской сцене" шекспировской комедии? Французская принцесса, как мы видели, объясняет скованность "московитов" их "замороженностью". Если это и стереотип, то его автор – Шекспир!

***

Мы бы не исчерпали русской темы у Шекспира, если бы не исследовали вопрос о русском медведе, который упоминается в двух его пьесахь и впоследствии стал символом России. Одно из этих упоминаний – в "Генрихе V":

РАМБЮР.  Их остров – родина храбрых созданий; их бульдоги необычайно воинственны.
ГЕРЦОГ ОРЛЕАНСКИЙ. Дурацкие псы! Они кидаются прямо в пасть русскому медведю, и он разгрызает их черепа, как гнилые яблоки. Так можно назвать храброй и блоху, которая завтракает на губе льва.
(Перевод Евгении Бируковой)

Другое – в "Макбете":

Я смею все, что смеет человек:
Предстань мне русским всклоченным медведем,
Гирканским тигром, грозным носорогом,
В любом обличье, только не в таком, –
И я не дрогну...
(Перевод Михаила Лозинского)

Почему медведь русский? Чем он отличается от английского или, скажем, медведя из Германии, откуда их в Англию в те времена в основном и привозили? Медвежья травля – bear-baiting – была популярнейшим развлечением как знати, так и народа. Она упоминается в "Виндзорских кумушках":

СЛЕНДЕР. Где это так лают собаки? Уж не медведей ли привели в город?
АННА. Да, кажется, мне что-то об этом говорили.
СЛЕНДЕР.  О, это прекрасная забава! Клянусь, во всей Англии нет человека, который бы столько прозакладывал на медвежьей травле, сколько я....
(Перевод Самуила Маршака и Михаила Морозова)

Так что медведем лондонскую публику было не удивить. Причем медведи и собаки для этой потехи содержались при театре "Глобус", и зрители, посмотрев спектакль, отправлялись смотреть медвежью травлю. Швейцарец Томас Платтер-младший в 1599 году посмотрел "Юлия Цезаря", а потом на задворках театра увидел сарай, где содержалось 120 бульдогов, 12 больших медведей, в том числе один слепой (им выкалывали глаза специально), и несколько быков. Позднее он побывал на медвежьей травле и описал ее в своем дневнике.

Русским медведем Шекспир, судя по всему, называл полярного медведя. Вряд ли он его видел живьем, хотя еще в XIII веке король Иоанн Безземельный (герой шекспировской хроники) получил белого медведя в подарок от короля Норвегии Хакона IV. Он содержался в королевском зверинце в Тауэре и, как пишут историки, был там одним из самых счастливых животных: длинный повод позволял ему купаться в Темзе и ловить в ней рыбу.

Кстати, Иоанн носил дорогие меха – соболя, горностая, в том числе и мех полярного медведя. Шкуру такого медведя мог видеть и Шекспир – не исключено, что даже с головой и лапами. Русские цари любили дарить меха, дарили и живых зверей, в том числе полярных медведей. Русские послы привозили Елизавете наряду с другими богатыми дарами "живые поминки" – кречетов и борзых щенков, ценившихся очень высоко. Вот цитата из записок Джерома Горсея о его аудиенции у королевы после возвращения из третьего посольства в Московию:

Тогда королева спросила о подарках. Они были выставлены в галерее. Она приказала некоторым остаться, другим уйти, боясь, что они будут просить чего-нибудь. Я показывал, а королева дотрагивалась своей рукой до каждого свертка; там было четыре куска персидской золотой парчи и два куска серебряной, большая белая мантия из штофа, на которой было выткано солнце, его золотые лучи были вышиты самыми блестящими нитками, золотые и серебряные шелка были гладко уложены, чтобы лучше было видно их красоту, еще был прекрасный большой турецкий ковер, четыре богатых связки черных соболей, шесть больших белых с пятнами рысьих шкур, две белые шубы (shubs or gowns) из горностая. Королева даже вспотела, устав перебирать золотые ткани и особенно соболей и меха; она приказала двум своим горничным м-с Скидмор и м-с Рэтклиф убрать все вещи в ее кладовую, а м-ру Джону Стонгоупу помочь им. Королева смотрела из окна на двух белых кречетов, свору собак, ловчих соколов и на двух ястребов; она приказала лорду Кэмберленду и сэру Генри Ли заботиться и хорошо ухаживать за ними. Ее величество указала [в окно] и сказала, что это действительно редкий и настоящий царский подарок, поблагодарила и отпустила меня.

О медведях, присланных московским царем в подарок королеве, ничего не известно ("поминкам" составлялась подробная опись, да и английские мемуаристы обязательно отметили бы такой факт). Сама же она послала Ивану Грозному с Осипом Непеей двух львов.

Но описания полярного медведя Шекспир мог читать и, всего вероятнее, читал. Речь идет об экспедициях Виллема Баренца, двое участников которых опубликовали свои записки. Один из них, Геррит Де-Фер, выпустил свою книгу на нидерландском языке в 1598 году. Английский перевод вышел в 1609 – после "Генриха V", но до "Макбета". Шекспир, впрочем, читал и на европейских языках, и на древних. А по-французски и на латыни книга Де-Фера вышла в том же 1598.

В этом сочинении много описаний встреч с полярным медведем, причем автор делает явный акцент на кровожадности и свирепости зверя, даже когда свирепость по отношению к нему проявляют люди, а он их пальцем не трогает. Вот типичная история:

Когда они прошли почти половину пути, то нашли медведя, лежавшего за глыбой льда; это был тот зверь, которого мы ранили накануне. Заслышав нас, он пустился бежать, но один из наших погнался за ним с багром и стал дразнить его, чтобы медведь повернулся и стал на задние лапы. Когда он дразнил его, то медведь сломал железную часть багра с такой силой, что дразнивший опрокинулся. Увидев это, другие выстрелили в медведя, и тот побежал; упавший все-таки продолжал преследовать медведя и дразнил его сломанным багром, медведь же, оборачиваясь, трижды наскакивал на него. Между тем подошли еще двое наших и вторично выстрелили в медведя, так что ему пришлось сесть на свой зад и он с трудом мог продвигаться, а когда он вторично был поражен пулей, то упал. Затем ему вышибли зубы.

Итак, всего вероятнее, русский медведь Шекспира – полярный медведь. И он имел случай увидеть его еще при жизни. В английских анналах обнаружилась запись о том, что 20 марта 1611 года известный театральный антрепренер Филип Хэнслоу и ведущий актер его труппы Эдвард Аллен получили патент на содержание и соответствующее использование в Медвежьем Саду рядом со своим театром "Роза" двух белых медведей, причем вместе с патентом им было пожаловано и королевское пособие на эти цели.

Комментарии

Популярные сообщения