вторник, 2 августа 2016 г.

Шекспир кувыркающийся и Шекспир-плагиатор

И еще по-быстрому. Два текста на русском принесло. Один - набор довольно известных фактов о "плагиате" Шекспира от издательства "Эксмо" (особо нас порадовала ссылка на Льва Толстого, как авторитета по Шекспиру; если кто помнит, Толстой Шекспира терпеть не мог, а мы даже осмелимся сказать, - не очень понимал). Второй - любопытное чтиво о Льюисе Кэрролле и Шекспире, лонгрид на холодный летний вечер, например. Под катом избранное про Кэрролла, читайте целиком по ссылкам!

Ссылка раз: https://eksmo.ru/news/3090178/

Ссылка два: https://snob.ru/profile/29947/print/111780

Из иллюстраций Джона Тенниела к "Алисе в стране чудес"


Л.Кэрролл и кувыркающийся Шекспир


Автор: Иваницкий В.Г.

Сказать, что Шекспир принадлежал к числу любимых авторов Л.Кэрролла — ничего не сказать. И разве нет у них чего-то общего? Что именно общее мы ищем, сказать нелегко, оно как бы носится в воздухе. Аура эксцетричности и загадочности? Несомненно. Умение пользоваться шуткой и вкус к фантазмам? Пожалуй. Почти полная закрытость личности? Стремление к деперсонализации при развитом эго? Это бросается в глаза. Несоответствие внутренней жизни и внешней биографии? Ну, разумеется.


Помимо всего прочего обоих — двух самый часто цитируемых авторов английского языка — объединяет приверженность к созданию неологизмов. У обоих богатейший словарь. Есть и разница: С.-Л. Доджсон (он же Льюис Кэрролл в литературе) оказался неспособным драматургом, - причем настолько, что мало кто вообще знает, что он пробовал себя в драматическом жанре.


Кэрролл читал Шекспира с детства, читал и перечитывал внимательно. Его театральные впечатления от постановок шекспировских пьес Эдмундом Кином (Кин играл в них главные роли) — одни из самых глубоких и эмоциональных в его дневниках. Сохранились в них и упоминания о замечательных актрисах, исполняющих женские роли в пьесах Шекспира, а в знаменитую Эллен Терри он влюбился (тогда восьмилетняя, она уже играла на сцене — в «Зимней сказке», а будущему автору «Алисы» было 24).

Я не могу проследить все связи и аллюзии двух сказок Кэрролла с шекспировскими темами, останавливаюсь только на одном, зато красноречивом и забавном примере.

Стихотворение “You are old, Father William...” Льюиса Кэрролла входит в состав «Алисы в стране чудес» (1865). Сообразить, когда оно написано, сложно. Есть основания полагать, что оно не входило в первоначальную устную версию, рассказанную Алисе Лидделл 4 июля 1862 г., а было добавлено в окончательный текст первого издания при подготовке к печати.

“You are old, Father William,” the young man said,
“And your hair has become very white;
And yet you incessantly stand on your head –
Do you think, at your age, it is right?”

“In my youth,” Father William replied to his son,
“I feared it might injure the brain;
But, now that I’m perfectly sure I have none,
Why, I do it again and again.”

“You are old,” said the youth, “as I mentioned before,
And have grown most uncommonly fat;
Yet you turned a back-somersault in at the door –
Pray, what is the reason of that?”

“In my youth,” said the sage, as he shook his grey locks,
“I kept all my limbs very supple
By the use of this ointment – one shilling the box –
Allow me to sell you a couple?”

“You are old,” said the youth, “and your jaws are too weak
For anything tougher than suet;
Yet you finished the goose, with the bones and the beak –
Pray, how did you manage to do it?”

“In my youth,” said his father, “I took to the law,
And argued each case with my wife;
And the muscular strength, which it gave to my jaw,
Has lasted the rest of my life.”

“You are old,” said the youth, “one would hardly suppose
That your eye was as steady as ever;
Yet you balanced an eel on the end of your nose –
What made you so awfully clever?”

“I have answered three questions, and that is enough,”
Said his father; “don’t give yourself airs!
Do you think I can listen all day to such stuff?
Be off, or I’ll kick you downstairs!”
- Папа Вильям, - сказал любопытный малыш, -
Голова твоя белого цвета.
Между тем ты всегда вверх ногами стоишь.
Как ты думаешь, правильно это?

- В ранней юности, - старец промолвил в ответ, -
Я боялся раскинуть мозгами,
Но, узнав, что мозгов в голове моей нет,
Я спокойно стою вверх ногами.

- Ты старик, - продолжал любопытный юнец, -
Этот факт я отметил вначале.
Почему ж ты так ловко проделал, отец,
Троекратное сальто-мортале?

- В ранней юности, - сыну ответил старик, -
Натирался я мазью особой.
На два шиллинга банка - один золотник,
Вот, не купишь ли банку на пробу?

- Ты немолод, - сказал любознательный сын, -
Сотню лет ты без малого прожил.
Между тем двух гусей за обедом один
Ты от клюва до лап уничтожил.

- В ранней юности мышцы своих челюстей
Я развил изучением права,
И так часто я спорил с женою своей,
Что жевать научился на славу!

- Мой отец, ты простишь ли меня, несмотря
На неловкость такого вопроса:
Как сумел удержать ты живого угря
В равновесье на кончике носа?

- Нет, довольно! - сказал возмущенный отец. -
Есть границы любому терпенью.
Если пятый вопрос ты задашь, наконец,
Сосчитаешь ступень за ступенью!


[Перевод на русский Н.Демуровой]

Считается, - и это можно легко доказать, - что данное стихотворение, как почти все стихи в обеих «Алисах», является пародией. В частности — на дидактическое стихотворение поэта-лауреата Роберта Саути (1774-1843) под названием The Old Man's Comforts and How He Gained Them (1799). Вот оно:

"You are old, father William," the young man cried,
"The few locks which are left you are grey;
You are hale, father William, a hearty old man;
Now tell me the reason, I pray."

"In the days of my youth," father William replied,
"I remember'd that youth would fly fast,
And abus'd not my health and my vigour at first,
That I never might need them at last."

"You are old, father William," the young man cried,
"And pleasures with youth pass away.
And yet you lament not the days that are gone;
Now tell me the reason, I pray."

"In the days of my youth," father William replied,
"I remember'd that youth could not last;
I thought of the future, whatever I did,
That I never might grieve for the past."

"You are old, father William," the young man cried,
"And life must be hast'ning away;
You are cheerful and love to converse upon death;
Now tell me the reason, I pray."

"I am cheerful, young man," father William replied,
"Let the cause thy attention engage;
In the days of my youth I remember'd my God!
And He hath not forgotten my age."
Ты уж стар, папа Вильям, — воскликнул юнец, —
Волос сед твой и редок, взгляни,
Но и в старости здрав ты и крепок, отец;
Отчего так? Прошу, объясни».

«С юных дней я, — сказал папа Вильям в ответ, —
Помнил: быстры мгновенья весны,
И не тратил напрасно здоровья и сил,
Словно больше они не нужны».

«Ты уж стар, папа Вильям, — воскликнул юнец, —
Где все радости? В прошлом они.
Только ты не грустишь об ушедших годах;
Отчего так? Прошу, объясни».

«С юных дней я, — сказал папа Вильям в ответ, —
Помнил: юность не вечна моя,
И, поскольку о будущем думал всегда,
Не жалею о прожитом я».

«Ты уж стар, папа Вильям, — воскликнул юнец, —
И к закату идут твои дни,
Но ты весел, и смерть не пугает тебя;
Отчего так? Прошу, объясни».

«Сын, я весел, — ответил старик, — и хочу,
Чтоб усвоил ты твёрдо вполне:
С юных дней я о Господе не забывал,
И Господь не забыл обо мне».



[Перевод Д.Орловской]

Продолжение: https://snob.ru/profile/29947/print/111780

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Еще интересно: