понедельник, 9 мая 2016 г.

#30DaysOfShakespeare | Day #5: Your favourite villain

#30DaysOfShakespeare - день пятый! Любимый злодей. Присоединяйтесь в комментариях или используя тег. Вчера была любимая героиня! Их много и это здорово #ShakespeareLives ! Под катом цитирую потрясающие ответы участников к предыдущим дням и пишу про своего злодея. Мухаха!

Кэтрин Тейт в роли Беатриче, 2011 год


День #4 Любимая героиня

* * * 
Героиня.
Тут такой цветник! Одна Катарина чего стоит! Живая, независимая, видящая всех насквозь. И кто сказал, что это Петруччио укротил "царапку-Кэт"? Может, это она его приручила и из задиры и вертопраха сделала, ответственного за дом, мужа. Петруччио пришел за деньгами, его интересовало приданое, а не живой человек "в довесок". А в финале он сам растерян - какое сокровище ему досталось совсем случайно! Кажется, он смущен и горд. Монолог Катарины "строптивым женам" не для тех высокомерных дам, что показали свои истинные лица. Она говорит Петруччио, каким он должен быть, каким она его видит и желает, чтобы все узнали, за какого необыкновенного мужчину вышла замуж. Придется ему соответствовать. 

* * *
Вот тут, вроде бы, тоже не знаешь, за кого хвататься в первую очередь, но у меня, внезапно, вопросов нет. (При всей любви к очень многим шекспировским дамам - причем не всегда к тем, которых считается правильным любить. ;) )

Корделия. Вот просто даже не к чему придраться (мне лично - я знаю, что многие ее сурово осуждают, что рыпнулась не по делу, не отфильтровала базар, не сидела, как мышь под веником и не снизошла к маразматическому пожилому папочке... ну вот, для меня все это как-то не довод и не достоинства).

Честная. Отважная. Преданная. С чувством собственного достоинства. С абсолютным слухом на фальшь и с адекватным пониманием сказанного. ("Как долг велит" - бездушно и нечувствительно только для тех, для кого понятие "дочерний долг" и долг как таковой стерлось нафиг). Незлопамятная и великодушная. ("-А у тебя есть повод. -Нет, нет его"). Благородная. Умеющая держать себя в руках. И таки с чувством юмора, внезапно. ("А славные те дочери и сестры - нас разве не покажут им?") И, похоже, тоже без сословной спеси - судя по тому, что шут ее очень любил.

И говорит только по делу и только то, что стоит сказать. Вообще редкость (среди любого пола, кстати ;-) ). 

Да вдобавок еще и не выглядящая неживой идеальной куклой.

"Чего ж вам еще надо, хоронякам?" ;-)

* * *
Хм, я буду последовательна. Беатриче. Она не героиня, которая борется за какие то масштабные проекты, но она борется за себя! И за свое достоинство.

* * *
Любимая героиня - как ни странно, тут однозначно - Беатриче. Надо же было додуматься переодеть самую мистическую героиню Возрождения, водительницу Данте по Раю, Беатриче - в такую вот разбойницу!:) Она, конечно, прекрасна в каждой реплике:). В современной Сети у неё была бы тысяча подписчиков - и она виртуозно троллила бы каждого, но не ради самого процесса, а из полноты ощущения бытия! Если бы тут была просто неосознанная любовь к Бенедикту и жажда привлечь его внимание, то все было бы слишком плоско. А её любовь к сестре? "Иногда, сестрица, надо присесть и сказать: "Как будет угодно мне, батюшка". Как она яростно требует возмездия для Принца и Клавдио! "И потому, что я не рождена мужчиной (и не могу вызвать их на дуэль), мне остаётся только с горя умереть женщиной!" Как задорно она отказывает Принцу, когда он то ли шутя, то ли серьёзно прощупывает почву: "Хотите пойти за меня? - Нет, разве что у меня будет муж попроще для будних дней. Вы слишком торжественны, чтобы носить Вас ежедневно":))). Да, она не умеет писать стихи, но зато они с Бенедиктом едва ли не единственная комедийная пара, чья любовная история стала нарицательной - подобно Ромео и Джульетте, Геро и Леандру и т.д. Вообще, сюжеты "Ромео и Джульетты" и "Много шуму из ничего" похожи (замечено не мной:))) - те же мнимые похороны, тот же бал-маскарад. Но помнят, конечно, не Клавдио и Геро, а Беатриче и Бенедикта. Потому что они - лучшие:).

* * *
И еще к дню третьему


День #3: Любимый герой


Любимого героя мне выбрать на удивление легко!
Это, конечно же, принц Хэл/Генрих V.

Историю непутевого принца, ставшего королем со стальным стержнем, я могу перечитывать и пересматривать бесконечно.

Шекспир позволил себе много вольностей, создавая образ Хэла: пьяница и плут, он скорее шут, а не наследник престола - именно таким драматург представляет его нам в Генрихе IV.
Но это лишь пелена и между строк от пьесы к пьесе постепенно раскрывается совершенно противоположный образ принца Уэльского: он холоден и расчетлив, знает цену своему окружению и коротает время среди разбойников и гуляк только потому, что при дворе не нашлось занятия достойного его сильной, энергичной натуры.

Этот образ перерастает в идеализированного монарха драмы Генрих V.
Наверное, именно шекспировского героя вспоминают англичане, когда говорят, что Генрих V был величайшим из королей Великобритании - отважным и благородным по отношению к союзникам, но твердым и беспощадным по отношению к врагам.
Однако во всех трех произведениях тонкой нитью проходит и другая, куда более достоверная черта его личности - жестокость. Жестокость по отношению к отцу, к своему окружению и даже к самому себе. 
Как мы знаем из истории, реальный Генрих не знал жалости и ярким примером тому служит осенне - зимняя осада Руана, во время которой, высланные из города ради спасения женщины и дети были загнаны в городской ров, где силой удерживались там без воды, еды и крова в наказание за "грехи соотечественников".

Когда складываешь воедино все эти составляющие, полные комедийных линий хроники Шекспира начинают приобретать тревожные очертания трагедии.
Принц Хэл отнюдь не шут и не классическое воплощение "принца - дурочка".
Наоборот, это, пожалуй, самая сильная личность из всех, что создал драматург.
Не даром некоторые литературоведы полагают, что сам Бард считал его наиболее удавшимся персонажем.

Что примечательно, оба моих любимых актера - Пол Сверре Валхейм Хаген (верхнее фото) и Алекс Хасселл (нижнее фото), играли принца Хала на большой сцене.
Две диаметрально противоположные постановки!

Поставленный Henrik IV - den plaga kongen в 2008 году Стейном Винги на сцене Det Norske Teatret был современен и лаконичен.
Помните пролог?

Oh, for a muse of fire that would ascend 
The brightest heaven of invention! 
A kingdom for a stage, princes to act, 
And monarchs to behold the swelling scene! 
Then should the warlike Harry, like himself, 
Assume the port of Mars, and at his heels, 
Leashed in like hounds, should famine, sword, and fire 
Crouch for employment. But pardon, gentles all, 
The flat unraisèd spirits that hath dared 
On this unworthy scaffold to bring forth 
So great an object. Can this cockpit hold 
The vasty fields of France? Or may we cram 
Within this wooden O the very casques 
That did affright the air at Agincourt? 
O pardon, since a crookèd figure may 
Attest in little place a million, 
And let us, ciphers to this great account, 
On your imaginary forces work.

Так вот, практически полное отсутствие декораций вызывало ассоциации с представлениями в оригинальном Глобусе.
Пол впервые играл в спектакле, поставленном по Шекспиру, и признался в интервью, что это очень большой труд - одного лишь сценария не может быть достаточно для того, чтобы понять и прочувствовать события и героев столь сложного произведения.
Но он справился.
Позже на их дуэт с Бьорном Сундквистом (Сэр Джон Фальстаф) посыпались не только лестные эпитеты (гениальный, блестящий, динамичный), но и предложения для совместного участия в фильмах и других спектаклях, в том числе и на сцене Национального театра Норвегии.
Актерам пророчили даже роли Гамлета и Клавдия.

Если вы когда - нибудь наблюдали игру Хагена, то наверняка заметили ту почти аутическую меланхолию, которую он привносит в каждый образ. В его исполнении норвежский зритель увидел идеальных Раскольникова и Ставрогина - сложнейших драматических персонажей русской классики.
Похожими чертами он наградил и своего Хэла, тем самым сделав более явным то, что в пьесе оставалось между строк.
Но при всем этом постановка Винги не утратила комичности и, как позже написали в Dagbladet, смотрелась легко и на одном дыхании, не смотря на продолжительность в три с половиной часа.

Хэл Хасселла с норвежским представлением о национальном герое Великобритании не имеет ничего общего, кроме имени.
Скажу честно, именно после того, как Алекс был утвержден на эту роль, я загорелась идеей поехать на спектакль в Лондон - город, в котором я до этого ни разу не бывала. Он мне тогда казался большим и страшным, но я была уверена, что Грегори Доран обязательно огранит мое любимое произведение до бриллианта и желание увидеть постановку собственными глазами победило опасения.
Нужно ли говорить, что все ожидания были оправданы с лихвой?!
В итоге RSC окончательно стала неотъемлемой составляющей моей жизни, а Генриха IV на сцене Барбикана я посмотрела аж два раза (в 2014 и в 2016 годах).
Принц Уэльский в исполнении Алекса Хасселла вобрал в себя не только додуманные Шекспиром черты, но и те, что были присущи реальной исторической личности.
Энергичный, с горящими глазами, он одинаково страстно бросается в разгульное веселье кабака и в кровавую бойню войны.
Здесь все сошлось настолько же идеально, как у Теннанта и Ричарда II.



День #5: Любимый злодей


Мой любимый злодей-злодеич - Яго! Наверное потому что именно эта вот липкая способность опутывать людей паутиной лжи, этот торжествующий цинизм, эта серая посредственность, единственный талант которой - "казаться", а не быть, и пугают меня больше, чем монументальные фигуры зла государственного масштаба типа Ричарда III или запутавшийся в себе Макбет. Он не "любимый", конечно, как можно любить такого мелкого беса, я не знаю, но что он самый омерзительный для меня - это точно. Злопамятный, расчетливый, вкрадчивый гад. Я понимаю, почему Дэвид хочет его сыграть, но заранее боюсь этого образа, это должно быть будет еще более отвратительный таракан, чем Килгрейв. 

It is merely a lust of the blood and a permission of the will. Come, be a man. Drown thyself! drown
cats and blind puppies. I have professed me thy friend and I confess me knit to thy deserving with
cables of perdurable toughness; I could never better stead thee than now. Put money in thy purse; follow thou the wars; defeat thy favour with an usurped beard; I say, put money in thy purse. It
cannot be that Desdemona should long continue her love to the Moor,-- put money in thy purse,--nor he his to her: it was a violent commencement, and thou shalt see an answerable sequestration:--put but money in thy purse. These Moors are changeable in their wills: fill thy purse with money:--the food that to him now is as luscious as locusts, shall be to him shortly as bitter as coloquintida. She must change for youth: when she is sated with his body, she will find the error of her choice: she must
have change, she must: therefore put money in thy purse. If thou wilt needs damn thyself, do it a
more delicate way than drowning. Make all the money thou canst: if sanctimony and a frail vow betwixt an erring barbarian and a supersubtle Venetian not too hard for my wits and all the tribe of hell, thou shalt enjoy her; therefore make money. A pox of drowning thyself! it is clean out of the way: seek thou rather to be hanged in compassing thy joy than to be drowned and go without her.
-----
Это всего лишь прихоть крови и поблажка воли. Полно, будь мужчиной! Утопиться! Топи кошек и слепых щенят. Я объявил себя твоим другом, и заявляю, что к заслуженному тобой успеху привязан канатами долговечной прочности: никогда еще у меня не было случая оказать тебе такую помощь, как сейчас. Набей деньгами кошелек; отправляйся на эту войну; измени свою внешность поддельной бородой; а главное - набей деньгами кошелек. Не может быть, чтобы Дездемона еще долго любила Мавра, набей деньгами кошелек, - а также он ее: это было бурное начало, и ты увидишь подобный же разрыв; только набей деньгами кошелек. Эти мавры переменчивы в своих желаниях; наполни кошелек деньгами. Кушанье, которое сейчас для него слаще акрид*, вскоре станет для него горше чертова яблока. А она должна променять его на молодого. Когда она пресытится его телом, она увидит, что ошиблась в выборе. Ей необходима перемена, необходима. Поэтому - набей деньгами кошелек. Если ты хочешь во что бы то ни стало загубить свою душу, сделай это более приятным способом, чем топясь. Раздобудь как можно больше денег. Если ханжеский и хрупкий обет, связующий бродягу-варвара и хитроумнейшую венецианку, не слишком твердое препятствие для моей изобретательности и всех адских полчищ, ты ею насладишься. Поэтому - раздобудь денег. Вот еще - топиться! Это - побоку! Постарайся лучше задохнуться от наслаждения, чем утонуть и упустить его.

Юэн МакГрегор в роли Яго, 2008

: Your favourite play
Day #2: Your favourite character
Day #3: Your favourite hero
Day #4: Your favourite heroine
Day #5: Your favourite villain
Day #6: Your favourite villainess
Day #7: Your favourite clown
Day #8: Your favourite comedy
Day #9: Your favourite tragedy
Day #10: Your favourite history
Day #11: Your least favourite play
Day #12: Your favourite scene
Day #13: Your favourite romantic scene
Day #14: Your favourite fight scene
Day #15: The first play you read
Day #16: Your first play you saw
Day #17: Your favourite speech
Day #18: Your favourite dialogue
Day #19: Your favourite movie version of a play
Day #20: Your favourite movie adaptation of a play
Day #21: An overrated play
Day #22: An underrated play
Day #23: A role you've never played but would love to play
Day #24: An actor or actress you would love to see in a particular role
Day #25: Sooner or later, everyone has to choose: Hal or Falstaff?
Day #26: Your favourite couple
Day #27: Your favourite couplet
Day #28: Your favourite joke
Day #29: Your favourite sonnet
Day #30: Your favourite single line

День #1: Любимая пьеса
День #2: Любимый персонаж
День #3: Любимый герой
День #4: Любимая героиня
День #5: Любимый злодей
День #6: Любимая злодейка
День #7: Любимый шут
День #8: Любимая комедия
День #9: Любимая трагедия
День #10: Любимая историческая пьеса
День #11: Самая нелюбимая пьеса
День #12: Любимая сцена
День #13: Любимая романтическая сцена
День #14: Любимая сцена боя
День #15: Первая пьеса, которую вы прочитали
День #16: Первая постановка, которую увидели
День #17: Любимый монолог
День #18: Любимый диалог
День #19: Любимая кинопостановка
День #20: Любимая киновариация по пьесе
День #21: Слишком переоцененная пьеса
День #22: Недооцененная пьеса
День #23: Роль, которую вы никогда не играли, но хотели бы сыграть
День #24: Актер или актриса, которых вы хотели бы увидеть в определенных ролях
День #25: Рано или поздно всем придется выбирать: Хэл или Фальстаф?
День #26: Любимая пара
День #27: Любимое четверостишье
День #28: Любимая шутка
День #29: Любимый сонет
День #30: Любимая строчка

4 комментария:

  1. Мда. Задумалась. Что значит "лучший" злодей? Наиболее любимый? Так я злодеев не люблю вообще совсем. ;) Наименее злодеистый? Так это худший именно злодей тогда. :-) (Вспомнилась сказка Пройслера о ведьме, которая старалась быть хорошей ведьмой и делала добрые дела, а ее объявили самой плохой ведьмой, потому что правильная ведьма как раз злодействует :) ). Наилучшим образом написанный? Так это ж Шекспир, у него плохо написанных искать надо... ;-)

    В общем, подумала я подумала, и решила выбрать наиболее совершенного в своем злодействе.

    Ну и ткнулась в те же проблемы, что и обычно. Ибо таковых, вот классически мерзких, полностью завершенных в своем злодействе, от которых мороз по коже и тошнота в желудке, а еще при этом мастеров своего, гм, дела и абсолютно обоснуйных в желаниях и достижении оных, у Барда, самый минимум, шестеро. (Тамора и Арон из "Тита Андроника" хотя бы не из самой шедевральной пьесы).

    Поэтому, напрягшись до скрипа, мне удалось отобрать двоих, пожертвовав по ходу "Лиром" (ибо там злодеи кагбе не центральные в пьесе, раз, и есть еще один момент, о котором позже). И сейчас уже я обосную, почему считаю возможным выбрать двух по цене, как говорится, одного.

    А именно - потому что каждый из этих двоих репрезентирует, так сказать, свой конкретный уровень.

    Ричард Третий - социально-общественный. Хотя, безусловно (это ж Шекспир), это абсолютно конкретный, живой характер, с конкретными, определимыми желаниями (и конкретно без тормозов в их осуществлении). Властолюбец, манипулятор, желающий всего и сейчас, в упор не воспринимающий окружающих живыми людьми, а лишь средствами для своих целей, эмпатии не то что ноль, а минус один и релятивизм полный и совершенный. При этом огромного ранжира толкования допускающий, уже штуки три есть архетипичных Ричардов, от темного гения до остервенелого политического гопника. Это злодей, освещающий худшее в нас, которые на такое ведутся из личной выгоды (Бекингем) или по недальновидности (Кларенс и прочие родичи).

    Но вот именно конкретно на личном фронте, в отношении семейно-повседневном, аналог Ричарда для меня - Яго. Все ровно то же самое, от ненависти к тем, кому слишком хорошо, до "все дозволено" и изобретательной манипулятивности на службе у "мне так хочетя", только в личных, человеческих отношениях. Не раз было сказано, что цели Яго, мол, неясны (и он отказывается их озвучивать до конца). А по-моему, ларчик открывается просто: счастье Отелло (и то обожание, которым окружена Дездемона - ишь, туда же, святой идеал, не бывает таких идеалов, Яго не хочет, чтобы они были!) его бесит. И этого достаточно. Как достаточно Ричарду желания захапать трон, пообладать (пардон) Анной и отомстить всем, кому больше повезло от природы.

    Кстати, должна заметить, что Яго еще где-то даже и отважнее и последовательнее, при всей скромности масштаба по сравнению с: никаких страшных снов и "коня-коня", ни намека на даже теоретическое раскаяние, в любых обстоятельствах, хоть что с ним делай...

    И вот еще, что их роднит (и что, по-моему, является маркером абсолютного злодейства в шекспировском мире): они оба никого не любят, кроме себя. Клавдий, Макбет, даже, блин, те же Гонерилья и Регана - кто-то им да важен еще, помимо себя драгоценных. Ну хоть Эгмонт. ;-) Эгмонт, в свою очередь, тоже вдруг Корделию пожалел (и братство с Эдгаром вспомнил). У Таморы был сын. У Арона - тоже. ;) Этим же двум голубчикам начхать на всех. Как говорится, сапиенти сат...

    ОтветитьУдалить
  2. С любимым злодеем сложно, потому что их у меня нет. "Любимый" в моем представлении тот, за кем если не следовать, то хотя бы побыть рядом хочется. А меня от них трясет. Они все слишком живые и взяты явно не с потолка.

    Шекспир невероятно щедр на злодеев и злодейства. От бесстыдно упивающихся своей мерзотностью, любующихся собой, наслаждающихся посеянными страданиями и болью, до "честных подлецов", обыденных и правильных с их точки зрения. И все они мастерски выписаны, даже когда утрированы, сгущены в порочности до вздоха зрителя: "да люди ли это?" Да, отвечает автор, ставя перед ним безжалостное зеркало. Загляните внутри себя, найдите копошащегося в темном углу демона и крепко задумайтесь.

    Иногда мне не по себе, когда за злодеями Шекспира начинают признавать правоту и повсеместно жалеть, а героев клеймить, когда мир пьес всячески выворачивают наизнанку, ища подвох. Или, увидевшие себя в зеркале, испугались?!

    Впрочем, есть у Барда группа товарищей, которых никак не пристроишь к правой стороне (хоть и пытались). Дон Хуан и его приближенные Конрад и Барачио в "Много шуму из ничего". Злодеи они мелкие и пошлые, но бед успевают наворотить и авторское презрение к ним выражается в недосказанности их судьбы. Главное: беда не стала совсем непоправимой, а воздаяние-наказание... да шут с ними, потом!!! Пьеса заканчивается весельем, а о злодеях, заваривших кашу, призывают забыть на время. Проигнорировать, держа под стражей. Главное - счастье, которое недоступно этой троице в силу разных причин.


    ОтветитьУдалить
  3. Дон Хуан. Прелесть, что за гадость. Такая завистливая мелочь, на которую почти не обращают внимания, и как дорого это может стоить. Очень показательно.

    ОтветитьУдалить
  4. Любимый злодей для меня, конечно, лорд Нортумберленд из Ричарда II и, в особенности, Генриха IV. Он, в общем, хорошо показан у Дорана (но и в тексте это чувствуется) предельно равнодушным человеком. Его поступки не столько злодейские по умыслу, сколько по избираемым средствам. Ему все равно, что станет с людьми, оказавшимися на его пути. Даже сына своего он толкает на бунт, а потом сдает без тени сожалений. Получив весть о гибели Хотспера, он тут же пользуется этим, подбивая на новый бунт, говорит не о скорби, а о мести, но мгновенно сливается, как только чувствует возможность провала. Он беспредельно циничен, совершенно лишен чувств. К своим жертвам он не относится никак - в нем нет ненависти, зависти, им двигает холодный расчет. Может быть, он не так пугающ, как другие злодеи Шекспира, но сейчас, в нашей стране, такие люди с глухими сердцами заправляют всем. И трудно не уведть, как страшно это может быть.

    ОтветитьУдалить

Еще интересно: